Мацес: истории, рассказанные Дашé - Андрей Матусовский

Вокруг центральной площади стоят здания, построенные в колониальное время

Кафедральный собор Лимы

Интерьер кафедрального собора

Деревянные резные балконы колониальной поры – произведение искусства

После севичерии отправились осматривать пирамиду Пукаяна, которую красиво подсвечивают в темное время суток.

Сегодня не планировали долго гулять – всем надо хорошо выспаться после долгой дороги. Поэтому, выпив кайпириньи в одном из баров в центре туристического района Мирафлорес, мы отправились в отель спать.

У нас еще целый день в Лиме.

На следующий день утром поехали в Национальный музей археологии, антропологии и истории. После осмотра музея переместились в исторический центр Лимы, где просто гуляли по улочкам города. Обедали в знакомом мне кафе, которое я приметил еще в прошлом году; это кафе обладает местным колоритом, в нем вкусно кормят и дают большие порции.

Затем мы пересекли реку Римак и прогулялись по бедным районам города, расположенным у подножия гор.

Около шести часов вечера вернулись в отель. Я остался в номере отдыхать, а оба Алексея через два часа пошли узнать, как протекает местная ночная жизнь.

Утром перед выездом из отеля побывали на берегу Тихого океана – это особенное удовольствие для путешественников в Перу. Небольшие, но мощные волны высотой полтора-два метра накатывали на берег, усыпанный крупной галькой; от океана пахло свежестью и свободой. На воде на досках лежало много серферов, одетых в гидрокостюмы – вдоль всего побережья Перу проходит холодное течение Гумбольдта, – ожидавших подходящую волну. Я захотел искупаться, но из-за крупных камней, лежавших на берегу, зайти в воду, не получив травмы, не представлялось возможным. Волны накатывали на берег, сбивая с ног.

После обеда поехали в аэропорт имени Хорхе Чавеса. Совершенно неожиданно у входа в аэропорт встретил Павла Берснева, который возвращался из поездки к индейцам шипибо-конибо, вернее он заметил и окликнул меня. Он только что прилетел из Пукальпы.

Павел Берснев – один из немногих российских исследователей Амазонии, в частности шаманизма индейцев шипибо-конибо, выезжающий в поле. Последний раз я контактировал с ним в конце 2017 года, когда он просил меня написать отзыв на его кандидатскую диссертацию. Удивительно вот так встретить человека на другом конце Земного шара.

Икитос – Белен-Бахо

В шесть часов вечера прилетели в Икитос и разместились в отеле Bora.

В этот раз у нас новый проводник. Эктор не смог отправиться с нами в экспедицию, так как в это время он находился в верховьях Жавари со съемочной группой National Geographic. Со слов Эктора, они должны были находиться там больше трех недель, но, как я узнал от него позже, когда мы уже вернулись от мацес в Икитос, американцы не выдержали суровых условий и ретировались обратно в цивилизацию уже через неделю.

Новым сопровождающим был некий Хосе Октавио, которого командировал нам Эктор. Он должен был подойти в отель к восьми часам вечера; уже девятый час, а его всего нет. Мы не стали его дожидаться и пошли ужинать на набережную. Пока все приятно проводили время в кафе, я еще раз дошел до отеля, но служащий на ресепшен сказал, что никто так и не приходил. Наверное, у него какие-то свои дела, но он мог бы хотя бы связаться со мной, предупредить; эх, обычное дело, Южная Америка… Тогда я сам связался с Хосе, и мы договорились перенести встречу и обсуждение всех экспедиционных дел на завтра.

Утром встретились с Хосе Октавио. Хосе из коренных: он наполовину индеец ягуа, его мать индианка, отец – перуанец, хорошо говорит по-английски. Все происходит как и в прошлую экспедицию к мацес. Нужно ждать новостей от военных синоптиков о прогнозе погоды на завтра в колонии Ангамос. Такую информацию мы сможем получить только к вечеру, не раньше, и все это время будем оставаться в неведении, улетим мы завтра на Жавари или нет.

После переговоров с Хосе отправились в Музей этнологии Амазонии, расположенный на набережной Амазонки. В музее я провел для участников экспедиции короткую экскурсию: рассказывал об этнографии народов Амазонии, о назначении различных предметов, находившихся за стеклами витрин. Удивительно, но рядом с артефактами нет никаких пояснительных табличек, поэтому непосвященному посетителю, очевидно, сложно понять функциональное применение этих вещей в традиционной культуре того или иного народа.

Рынок Белен в Икитосе: торговля табаком

Торговка на рынке Белен

После музея решили отправиться в район Белен-Бахо, чтобы осмотреть местный рынок и сам квартал.

Рынок в Белен-Бахо представляет собой колоритное зрелище. Здесь торгуют промышленными товарами, ремесленными поделками и дарами природы: целебные растения – кора, листья, корешки, яркие экзотические фрукты; мясо домашних и диких животных; свежевыловленная рыба. Тут же из представленных на прилавках продуктов готовится еда, которую можно попробовать.

Среди торговых рядов жуткая грязь. Привлеченные пищевыми отходами, всюду снуют наглые стаи черных грифов урубу (Coragyps atratus); больше всего их привлекают ряды со свежевыловленной рыбой.

Народ на рынке, как и во всем Икитосе, дружелюбный. Торговцы разрешают рассматривать, брать в руки, пробовать и фотографировать свой товар, даже если ты у них ничего не покупаешь.

Неожиданно из толпы меня окликает молодой мужчина:

– Эй, амиго, ищете лодку?

– Да, – отвечаю.

– Бамос, у меня есть лодка, я покажу вам Белен-Бахо.

Новый знакомый, который представился Карлосом, называет вроде бы неплохую цену за лодку и свои услуги – 30 перуанских солей (около 10 долларов США). Мы соглашаемся, вместе с ним идем к лодке, пробираясь через рыночные ряды. По дороге выясняется, что это цена не за лодку, а с каждого из пассажиров.

– Нет, это дорого, – говорю Карлосу. – Извини, за такую цену мы никуда не поедем. Ты же сказал, что дашь хорошую цену, как для перуанцев, а не для белых.

Карлос, видя, что мы можем уйти, быстро соглашается показать нам Белен-Бахо за 30 перуанских солей за всех трех человек. Ну, это совсем другое дело – едем. Татьяна, нарочито демонстрируя свою самостоятельность, к этому моменту давно покинула нас, заявив, что прогулки по нищим кварталам ей неинтересны. Мы сели в лодку и отправились осматривать Белен-Бахо.

Белен-Бахо: дома, стоящие в воде

Белен-Бахо: большинство домов стоит на сваях

Дома не соприкасаются друг с другом

Бензозаправка также располагается на воде

Жителей не беспокоит, что электрические провода опасно нависают над водой

Улица в Белен-Бахо

Белен-Бахо – район, расположенный в южной части Икитоса, в котором люди живут на воде, точнее, их дома плавают на поверхности воды. Большинство жилищ привязано к четырем высоким столбам, вбитым в дно реки, удерживающим их в одном месте. В сезон дождей, когда уровень воды поднимается на несколько метров, дома просто всплывают и хозяева перевязывают их крепления, фиксируя на большей высоте.

Карлос говорит, что в Белен-Бахо живут люди, пришедшие сюда из лесных деревень в поисках лучшей доли.

При взгляде на мутные, пахнущие канализацией воды лагуны Белен-Бахо мне всегда казалось, что, наоборот, лучше жить в лесу, на природе: в джунглях есть доступ к чистой воде, к ресурсам дикой природы. Оказывается, я ошибался. Карлос говорит, что люди переселяются из леса в Белен-Бахо, потому что здесь жизнь легче, чем в джунглях.

– В лесу нужно вырубать чагру, делать другую тяжелую физическую работу, – поясняет наш собеседник.

– Какая же у тебя здесь есть работа?

– Я свободный, не работаю.

– Чем же ты живешь?

– Так, иногда подрабатываю, случайные заработки. Вот вожу туристов на лодке. На рынке у меня есть место,